Понимаю, что это похоже на
суеверие, но что делать, если за этой приметой стоит опыт нескольких лет. И
какое это, собственно, суеверие, если связь
между Тржишкой и моими неудачами уж..
.. он отнимает у нас то, чего мы ищем, думая, что ищем мы его". Несмотря на чрезвычайно ответственное, "требовательное" отношение к жизни (ср. рассказ "Требовательный гость", посвященный попыткам человека найти в ней свое место), на непримиримость к разного рода темным сторонам жизни, на ужас перед тем, как "неполно и неподлинно" живут подчас люди, еще одна отличительная черта творчества Лагерквиста -- любовь к жизни. Способность любить жизнь -- постоянный спутник, а может быть, и основа доброго, светлого начала в человеке. Положительные герои Лагерквиста любят жизнь вопреки всему -- будничности, страданиям. Они радуются тому, что есть в ней прекрасного, замечают и ценят неброскую красоту родной природы, скрытую красоту души в окружающих людях. Так любит жизнь Андерс, герой автобиографической повести "В мире гость", в душе которого постоянно словно бы "пелся гимн жизни". Так относится к жизни калека Линдгрен -- герой рассказа "В подвале". Отрицательные же персонажи Лагерквиста, такие, как Карлик, не любят жизнь -- писатель отчетливо подчеркивает это. В 30-е годы, активно выступая против фашизма, Лагерквист определил свою позицию как "воинствующий гуманизм" -- с ударением на обоих словах. Его любимые герои -- те, кто не остается пассивным, но пытается как-то помочь окружающим, не щадя при этом себя (пусть даже делают они это "невпопад", как Юхан-Спаситель, герой одноименного рассказа). Симпатии Лагерквиста на протяжении всего его творчества были отданы простым, "маленьким" людям, бедным и обездоленным -- в этом легко убедится читатель сборника. Все эти особенности творчества Лагерквиста нашли свое выражение уже в первой вещи, в которой в полную силу сказался и его талант, -- в автобиографической повести "В мире гость" (1925 г.). Некоторые шведские исследователи творчества Лагерквиста называют эту повесть ключом ко всему его творчеству, содержащим в зародыше все основные темы и образы писателя. С ними, впрочем, нельзя согласиться безоговорочно: наряду с "вечными" темами Лагерквиста волновало все то новое, что несла с собой его бурная эпоха, и в связи с этим в его творчестве появлялись новые мотивы. Герой повести Андерс растет в семье начальника железнодорожной станции в шведской провинции. Через восприятие подростка очень ярко и точно показана атмосфера мелкобуржуазной семьи, честной, набожной и ограниченной, Андерсу тесно в этих рамках. Традиционная религиозность родителей гнетет его. Он мечтает вырваться из своего окружения, и действительно вырывается, не только физически, но и духовно, отвергая религию и становясь адептом материалистического "нового учения, отметающего бога и все упованья на него, принимающего жизнь во всей ее неприкрашенной обнаженности, с ее планомерной бессмыслицей" (как объяснял впоследствии сам писатель, он имел в виду дарвинизм).
... Ибо сам процесс переживания прежде всего эпичен, в лучшем случае лиричен и никогда не бывает драматичным. Драма требует кульминации, однозначности, четкого направления, неукоснительной последовательности, а любое переживание всегда стремится вширь, оно захватывает множество посторонних предметов, оно то нарастает, то слабеет, словно качаясь на волнах. Переживание есть лишь dynamis [здесь - возможность что-либо сделать или чем-либо стать (греч.)] драмы, подобно тому как каменная глыба есть лишь dynamis природы. Всякий, кто наблюдает жизнь, будь это даже писатель, не причастный к драме, увидит просто старого еврея, одетого так-то и так-то, имеющего те или иные склонности, занятого своим ремеслом. Еврей этот порой ласково или ворчливо болтает со своей дочерью, у него та или иная манера говорить; он выгодно обделывает свои делишки на Риальто, ест и пьет, мучается из-за конкуренции христианских купцов, ссорится со своим слугой и страдает, очевидно, всякими старческими недомоганиями. Но драматург имеет право увидеть в Шейлоке только одно - его мстительность. И драматург должен будет связать отношение еврея к дочери, к слугам, все его разговоры на Риальто с этой мстительностью. Или просто опустить все эти подробности. Ему нет дела до того, что Шейлок ест и пьет, и до того, как он это делает. Он отметит только, что Шейлок не ест вместе с Антонио и идет на ужин к Бассанио - по причине своей мстительности. Природа не создает человека таким односторонним, типичным и ясным, как требуется драматургу. Порой в жизни и Ярл Скуле бывает цельным, а Хокон Хоконсен - слабым и противоречивым; но построение "Борьбы за престол" требует, чтобы Хокон всегда был исполнен королевского величия, а Скуле - раздираем противоречиями и сомнениями. Вся сила воздействия в драме основывается на systasis ton pragmaton [взаимосвязь вещей (греч.)], то есть на четкой согласованности всех ее моментов...
