ных -- драматический монолог в манере Броунинга и Теннисона (дивного Теннисона "Улисса" и "Святого Симеона Столпника"), а третье если чем и известно, то, пожалуй, лишь неск..
... Но был слишком опытен, чтобы совершить такую глупость. Впрочем, человек с апельсиновыми корками как раз закурил сигарету, и его напарник, тоже державший какой-то окурок, подошел к нему с явным намерением попросить прикурить. Оба обменялись несколькими словами. Мальчишка быстро протянул компаньону какойто предмет, который, как показалось главному инспектору, имел очертания револьвера в кобуре. Оба наклонились вместе над этим предметом, и мужчина, повернувшись к стене, шесть раз поднес руку к карману тем движением, которым заряжают подобное оружие. Окончив эту работу, они повернули назад, дошли до улицы Сюрена, и инспектор, следовавший за ними так близко, как это было возможно, с риском привлечь их внимание, увидел, что оба проследовали в ворота старинного дома, у которого все ставни были закрыты, кроме как на четвертом и последнем этажах. Он бросился следом. В конце проезда, в глубине большого двора, инспектор заметил вывеску маляра, а с левой стороны-- лестничную клетку. Он стал подниматься, и на первом же пролете ускорил шаги, так как сверху до него донесся сильный шум, в котором, казалось, можно было также различить удары. Когда Ганимар добрался до последней площадки, дверь была открыта. Он вошел, на секунду прислушался, уловил шум борьбы, добежал до комнаты, из которой он исходил, и застыл на пороге, тяжело дыша, удивленный зрелищем, которое перед ним предстало,-- человека с апельсиновыми корками и мальчишку, которые громко стучали стульями о паркет. В ту же минуту из соседней комнаты появилось третье лицо. Это был молодой человек двадцати восьми -- тридцати лет, носивший короткие бакенбарды, очки, комнатную куртку, подбитую каракулевым мехом, и казавшийся иностранцем, скорее всего -- русским. -- Здравствуй, Ганимар,-- сказал он. И обернувшись к тем двоим: -- Спасибо, друзья мои, поздравляю с успехом. Вот обещанное вознаграждение. Он вручил им стофранковый билет, вытолкнул из комнаты и запер обе двери на лестницу...
